Под пологом пьяного леса (фрагмент)

Джеральд Даррелл
1925-1995

ceratophrys_ornata
Рогатка украшенная (Сeratophrys ornata), фото М. Пановой
Джеральд Даррелл - выдающийся натуралист, зоолог, писатель и просто хороший человек. Его отношение к жабам выражено в цитате: "Надо сказать, что жабы всегда были мне симпатичны, ибо я убедился, что они существа спокойные, благонравные и в них есть какая-то своя прелесть..."
***

В некоторых районах Южной Америки водятся жабы, обладающие, пожалуй, самым причудливым обличьем среди батрахид. Их называют рогатыми жабами, и, так как жабы обычно легко переносят неволю, я думал, что и с ними все будет очень просто. Мне очень хотелось заполучить нескольких рогатых жаб, пока мы были в Чако. Я знал, что они здесь водятся, что местные жители называют их escuerzo, но этим и ограничивались все мои познания. Надо сказать, что работа собирателя животных отличается той особенностью, что как только вам очень захочется достать то или иное животное, оно немедленно исчезает, как бы широко оно ни было распространено. Именно так произошло и с рогатыми жабами. Я показывал всем рисунки этих жаб, предлагал баснословные суммы за их поимку и почти довел до безумия Джеки и Рафаэля, вытаскивая их из постели в два часа ночи, чтобы идти ловить жаб на болота, но все было напрасно. Если бы я знал заранее, сколько хлопот принесут мне эти жабы, я бы не стал тратить столько сил на их поимку. В один прекрасный день после полудня я обнаружил на веранде помятую жестяную банку, верх которой был закрыт листьями. Паула сказала мне, что банку недавно принес пожилой индеец и в ней сидит какое-то bicho -- вот и все, что она знает. Я осторожно разгреб палкой слой листьев, заглянул в банку и, к своему изумлению, увидел громадную рогатую жабу, спокойно восседавшую на спинах двух других, поменьше. -- Что там такое? -- спросила Джеки, стоявшая вместе с Паулой на безопасном расстоянии. -- Рогатые жабы... три красавицы,-- восторженно ответил я. Я перевернул банку, и жабы переплетшимся клубком плюхнулись на пол веранды. Паула взвизгнула и скрылась в доме; вскоре она высунулась из окна, дрожа от страха. -- Будьте осторожны, сеньор,-- причитала она.-- Es un bicho muy malo, senor, muy venenoso[41]. -- Ерунда, -- ответил я. -- No es venenoso... no es yarara... es escuerzo, bicho muy lindo[42]. ---------------------------------------------------------------------------- [41] Это очень опасное животное, сеньор, очень ядовитое (исп.). [42] Не ядовитое... Это не куфия, а рогатая жаба, чудесное животное (исп.). ---------------------------------------------------------------------------- -- Святая Мария! -- воскликнула Паула, закатывая глаза и возмущаясь тем, что я мог назвать рогатую жабу чудесным животным. -- А они ядовитые? -- спросила Джеки. -- Нет, конечно; они просто кажутся такими. Тем временем жабы разделились, самая крупная сидела, рассматривая нас сердитыми глазами. Она была величиной с блюдце, и казалось, что голова составляет у нее три четверти объема всего тела. У жабы были толстые короткие лапы, вздутый живот и два больших глаза с золотистыми и серебристыми искорками. Над каждым глазом кожа приподнималась равнобедренным треугольником, напоминая рога на голове козленка. Невероятно широкий рот словно делил надвое тело жабы. Ее голова с торчащими рогами, выпяченными губами и мрачно опущенными углами рта как бы сочетала в себе черты жестокого злодея и надменного монарха. Зловещее впечатление, производимое жабой, еще более подчеркивалось бледной горчично-желтой окраской туловища с ржаво-красными и серовато-зелеными пятнами, как если бы кто-то, не знающий географии и не умеющий рисовать, пытался изобразить на этом туловище карту мира. Пока Паула энергично взывала к помощи всех святых и заверяла Джеки в том, что через полчаса она станет вдовой, я наклонился, чтобы рассмотреть жабу более внимательно. Широко вздохнув, жаба раздулась вдвое больше прежнего и начала выпускать воздух, пронзительно и негодующе крича; одновременно она запрыгала мне навстречу мелкими прыжками, угрожающе раскрывая и закрывая рот. Это было поразительное зрелище; внутренняя поверхность ее губ имела яркую желтовато-розовую окраску. Услышав изданный жабой боевой клич, Паула отчаянно всплеснула руками и начала раскачиваться в окне. Я счел момент подходящим для того, чтобы преподать ей небольшой урок естествознания и в то же время поднять свой престиж в ее глазах. Схватив дрыгавшую ногами, тяжело дышавшую жабу, я подошел к окну, в котором стояла Паула. -- Смотри, Паула, она совсем не ядовита,-- обратился я к ней на ломаном испанском языке. Когда жаба снова широко раскрыла рот, я быстро сунул в него свой большой палец. Это так удивило жабу, что на секунду она застыла с разинутым ртом, а я с ободряющей улыбкой глядел на Паулу, которая, казалось, готова была упасть в обморок. -- Она совсем не ядовита,-- повторял я,-- она совсем не... В это мгновение жаба оправилась от неожиданности и быстро закрыла рот. У меня было такое ощущение, будто кто-то тупым ножом хватил мне по большому пальцу. Я едва не вскрикнул от боли. Паула молча смотрела на меня широко раскрытыми глазами. Я криво усмехнулся, надеясь, что моя усмешка будет принята за жизнерадостную улыбку, а жаба забавлялась тем, что через каждую секунду изо всех сил сдавливала палец своими челюстями; мне казалось, будто мой палец лежит на рельсе, по которому проходит длинный товарный поезд с увеличенным против обычного количеством колес. -- Santa Maria! -- воскликнула пораженная Паула.-- Que extraordinario... no tiene veneno, senor?[43] -- No, nada de veneno[44],-- хрипло ответил я, сохраняя на лице все ту же жалкую усмешку. ---------------------------------------------------------------------------- [43] Святая Мария!.. как удивительно... она не ядовитая, сеньор? (исп.) [44] Нисколько не ядовитая (исп.). ---------------------------------------------------------------------------- -- Что случилось? -- с любопытством спросила Джеки. -- Ради бога, уведи куда-нибудь эту женщину, проклятая жаба чуть не откусила у меня большой палец. Джеки быстро отвлекла внимание Паулы, спросив ее, не пора ли подавать ленч, и Паула уплыла в кухню, то и дело повторяя "extraordinario". Как только она исчезла, мы занялись спасением моего пальца. Это оказалось нелегкой задачей, так как, несмотря на мощную хватку, челюсти у жабы были очень слабые и при каждой попытке разжать их при помощи палки они начинали гнуться, грозя сломаться. Как только мы вынимали палку, жаба с новой силой впивалась в мой палец. В полном отчаянии я положил руку вместе с жабой на цементный пол, надеясь, что жаба захочет убежать и отпустит палец; но она продолжала сидеть на месте, вцепившись в палец бульдожьей хваткой и вызывающе глядя на меня. -- Наверное, ей не нравится это место, -- сказала Джеки. -- А что мне еще делать, по-твоему? -- раздраженно спросил я.-- Уж не пойти и не сесть ли вместе с ней в болото? -- Нет, конечно, но если ты сунешь руку вон в тот куст гибискуса, она постарается убежать и отпустит палец. -- Если она не убегает здесь, она с таким же успехом может висеть у меня на пальце и тогда, когда я буду ползать по кустам. -- Ладно, поступай как знаешь. Надеюсь, ты не собираешься всю жизнь ходить с рогатой жабой на пальце? В конце концов я убедился в том, что, если я не хочу сломать жабе челюсти, придется попробовать вариант с кустом гибискуса. Забравшись в кустарник, я сунул руку в самые густые заросли. В ту же секунду жаба с явным отвращением выплюнула мой палец и отскочила назад. Я схватил ее и без особого труда снова посадил в банку, не обращая внимания на ее протестующий писк. От челюстей жабы на пальце осталась багровая полоса, а спустя час под ногтем образовался кровоподтек. Лишь через три дня я снова мог безболезненно шевелить большим пальцем, а кровоподтек сошел еще месяц спустя. Это была моя первая и последняя попытка убедить жителей Чако в безобидности рогатой жабы.

***

1958, перевод с английского Лившина И.М. (1963 г.)

Загрузить файл Загрузить текстовый файл


М.: Армада, 1994 г. ISBN: 5-7632-0027-61994
Полный текст можно почитать у Мошкова